Среди тяжких грехов Церковь всегда отличала самоубийство как грех к смерти (1 Ин. 5:16), потому что совершивший его не имеет возможности принести покаяния в содеянном. С древности святые отцы запрещали молиться за тех, кто самостоятельно отринул священный дар Божий – дар жизни. Но в храм приходят люди с просьбой совершить отпевание сродника, наложившего на себя руки. Церковь идет навстречу этой беде, и если человек был психически нездоров, совершает отпевание. А как быть с теми, о ком неизвестно, в себе был человек или не в себе. Для этого Церковью составлен молитвенный и назидательно глубокий «Чин молитвенного утешения сродников живот свой самовольно скончавшаго». Это не отпевание. Церковь, как милосердная Мать, спешит всякому несчастному и его родным и близким протянуть руку любви и молитвенной поддержки.
Об истоках и причинах, приводящих человека к добровольному уходу из жизни, помощи Церкви этим людям и их близким в скорби и утешении в беседе корреспондента интернет-издания «Православная жизнь» с протоиереем Сергием Дерменжи, клириком кафедрального собора в честь Воскресения Христова.

– Феномен самоубийств давно известен обществу. О нем упоминается в разные эпохи и на разных континентах. Какова мотивация людей, решившихся на такой шаг?

– Думаю, что в жизни такого человека сначала появляются нерешенные проблемы, а пустота в душе, которую формирует современность, только усугубляет их. Человек пытается заполнить духовную пустоту – а ведь именно душа вырабатывает наши отношения с окружающим миром – и не может. В конце концов он приходит к выводу, что жизнь бессмысленна, не имеет никакой ценности ни для себя, ни для других, и решает ее закончить, наверное, убеждая себя, что это наилучший выход из создавшейся ситуации и для него, и для окружающих. По крайней мере, в этот момент человеку так кажется.

Часто бывает, что перед принятием такого решения он чаще всего успокаивается. Родственники и знакомые наблюдают улучшения в его поведении. Существовавшие бесконечные проблемы и беспокойства будто исчезают, человек раскладывает все по полочкам –  что после его ухода будут делать родственники, дети, знакомые…

К сожалению, будущий самоубийца не думает об ужасных последствиях такого поступка для родственников, не осознает огромной психологической травмы для всех его близких и знакомых.

– Трудно понять решимость к акту суицида. Ведь у человека есть инстинкт самосохранения, он боится иногда простых вещей – темного помещения, высоты, закрытого пространства… И вдруг приходит к выводу подняться на крышу дома, залезть в петлю, наглотаться таблеток, вскрыть вены… Почему это происходит?

– «Отключение» инстинкта самосохранения осуществляется поэтапно. У каждого из нас есть свой порог боли и страха. Маленькие дети, например, боятся того, что не пугает взрослых. Человек сам выбирает свой путь, направляет свою жизнь в определенное русло, рамки, выстраивает ее по своему плану и доводит себя до состояния, как говорят, «залезть в бутылку». Он идет далее, но для решения всех своих проблем находит единственный выход… Самое ужасное то, что в уходе из жизни он не усматривает ничего плохого. Это, на первый взгляд, его воля, его видение, что так будет лучше. Своеобразный способ решения какой-то проблемы. То есть человек, потеряв ценности, веру, поддержку близких, доходит до какой-то черты, которую решается, в конце концов, переступить. Но это не возникает в одночасье. Предшественниками являются стрессы, депрессии, проблемы…

– Могут дойти до такого состояния верующие люди?

– Нужно сказать, что подобное состояние – это большое противостояние… Самоубийцы – люди, которые противятся воле Божией. Мы не созданы для того, чтобы лишать себя жизни, мы живем для спасения. Господь любит всех нас, как своих детей, и хочет, чтобы мы жили, а не допускали мысли о самоубийстве. Если человек верующий, он понимает свое жизненное предназначение и доверяет Богу свое бытие. Жизнь набожных людей не имеет границ, т. к. она вечная. Каждый из нас находится в начале пути к этой жизни, борется с грехами, мешающими ему двигаться к Господу. Такой человек не может сойти с нужного маршрута, совершить самоубийство, разве только утратив веру.

– Но если человек доведен до предела своих сил тяжелой болезнью или обстоятельствами жизни, у него нет ни желания, ни возможностей исправить ситуацию или бороться с ней. Такие люди теряют душевное равновесие, их поведение не совсем адекватное, они, можно сказать, психически неуравновешенны, травмированы. Не является ли это состояние оправданием такого поступка? Ведь Церковь отпевает душевнобольных людей, покончивших с собой?

– Есть разные ситуации. Бывает, человек своей греховной жизнью доведен до состояния, когда он не понимает, что происходит, у него меняется восприятие реальности. Это состояние одержимости бесом, жертва не может видеть и адекватно оценивать свои поступки. Но развивается все, конечно же, не сразу – не за три секунды человек совершает суицид. Воля постепенно порабощается греховными страстями, и он принимает решение под действием темных сил.

Есть два пути, о которых нужно сказать.

Это путь человека неверующего, когда говорят, что он может распоряжаться своей жизнью. Например, если речь идет об аборте и от женщины зависит жизнь ребенка. Во время суицида якобы человек имеет право наглотаться  таблеток или подписать документ об эвтаназии. Для таких людей словно наступает конец мира, в их понимании, что от жизни взято все, все испробовано, больше ничего нет и т. д.

Но есть и другой путь. Так, многие даже в сложнейших ситуациях уходили из жизни по-христиански. Например, мои знакомые, зная о смертельном, неизлечимом недуге, достойно закончили свою жизнь, решив все проблемы –дела на работе, в семье, дописав незаконченную книгу. Они покинули этот мир в тишине и спокойствии, так как знали, что для христианина конец жизни – это переход в вечность, где не темнота и ужас, а радость соединения с Богом, со своими родственниками и близкими. Конечно, мы понимаем, что по нашей греховности не сможем попасть в те места, где пребывают души наших родственников. Все боятся этого, но есть надежда на милость Божию.

– Очень многих потряс такой случай: свела счеты с жизнью многодетная мать. Получается, что не только инстинкт самосохранения не спас ее, но и материнские чувства куда-то исчезли?

– Случай этот довольно сложный, неоднозначный, многие о нем слышали. Учитывая биографию женщины, все факторы, которые предшествовали трагедии, нужно сказать, что в ее жизни были огромные ошибки, направлявшие ее по ложному пути. Поступки многодетной матери противоречили законам страны, законам морали, нравственности, что и привело к такому концу. Она имела множество мужей, некоторые браки не регистрировала или узаконивала ради получения денег от государства, попадала под акты насилия со стороны мужчин, имела финансовые проблемы, в которых была виновата и сама, и ее бывшие мужья.

И, конечно же, нарушала законы духовные. Была совершенно далека и от Церкви, и от заповедей Божиих. Безусловно, она пыталась как-то растить своих детей, жить по закону совести, но множество жизненных ошибок привели к такому печальному результату. Ее душевное, нравственное состояние оставалось незаметным для родственников, или же они ничего аморального не видели в ее жизни. В конце концов, родственники отказывались верить в самоубийство – они утверждали, что это убийство и она не виновата в том, что дошла до такого состояния. Действительно, решившись на это, женщина была совершенно спокойной – договорилась о крещении своих детей, наверное, позаботилась и о том, кто их возьмет на воспитание и т. д. Она обдуманно совершила этот ужасный поступок.

– Поэтому хочется спросить: можно ли как-то заблаговременно предупредить намерение человека совершить подобное? Если вы говорите, что человек, наоборот, успокаивается, то получается, что остановить и помочь таким людям невозможно?

– Думаю, что главная причина тех или иных поступков человека – в наборе его основных жизненных ценностей. Если для него заповеди Божии, страдание родственников, близких, детей, которые будут переживать после его ухода, не важны, то и сама жизнь не представляет для такого человека ценности. С юридической точки зрения, уход из жизни не является преступлением, но это злодеяние со стороны Закона Божьего. Возьмем, к примеру, людей, совершающих преступление. Если бы они знали последствия, скажем, ограбления, сроки пребывания в тюрьме, вряд ли решились на неблаговидный поступок.

Мы же, сделав что-либо, всегда ожидаем сиюминутного результата: украли – повеселились, обманули – получили какую-то выгоду, но о дальнейшей перспективе никогда не думаем.

Люди, совершая суицид, тоже не заботятся ни о жизни вечной, ни о родственниках.

– Совсем недавно покончила с собой бабушка, получив квитанцию к счету по оплате газа. Почему в таком почтенном возрасте решаются на это? С другой стороны – выбросились из многоэтажки 12-летние подростки…

– Основы те же. У молодых, может, еще не сформировались жизненные ценности, понятие о смысле жизни. Но, к сожалению, сейчас многие люди даже среднего возраста, с высшим образованием не задумываются о цели своей жизни, «плывут по течению».

Уместно, на мой взгляд, вспомнить слова владыки Никона (Рождественского), записанные в его дневнике еще в начале ХХ века: «Вследствие упадка веры вообще и озлобления, как нравов, так и характеров, умножилось число самоубийств. Убивают себя юноши, убивают себя 90-летние старики. Опустошается душа, расхищаются из сердца последние остатки веры, идеализма, стираются последние следы образа Божия, замирает дух, не остается никакой опоры для борьбы с искушением, и – человек решает: нет смысла больше жить и страдать, и в озлоблении на все, как мятежник, самовольно уходит из жизни. Такова психология большинства случаев самоубийств. В ее основе лежит неверие в Промысел Божий, хула на благость Божию, отчаяние – смертные грехи, смертные потому, что не дают места покаянию, убивают дух, удаляют, гонят от человека спасающую Божию благодать».
Посмотрите даже на тех людей, которые ходят в церковь. Множество прихожан, к глубокому сожалению, не понимают, что происходит на богослужениях, не осознают, зачем нужны Таинства, равнодушны к тому, как нужно правильно поступать в той или иной ситуации. Формальный приход на службу, на праздники, чтобы посвятить что-либо, формальное отношение к Таинствам и к жизни приводят к тому, что человек не задумывается о своей душе, о будущем, о смысле жизни.

В итоге у людей из всего ряда ценностей остаются только сиюминутные эмоции и потребности. Если бы самоубийцы задумывались о последствиях, не говоря уже о родственниках и близких, число бы суицидов уменьшилось.

– Почему Церковь не отпевает самоубийц, ведь некоторые люди делают иногда это неосознанно, в помрачении ума?

– Как бы ни возмущало это многих, но Господь не нарушает воли человека, поэтому и Церковь не должна этого делать. Священники не отпевают не потому, что не хотят совершать эти богослужения, а из-за того, что сам человек не возжелал такого. Его личное решение уйти из жизни противоречило идее создания человека Господом для жизни вечной. Бог никогда не насилует волю человека, Он не посылает насильно даже хорошее. Господь дает нам право выбора между добром и злом, между жизнью и смертью. В конце концов, мы осуществляем этот выбор всегда, каждую минуту. Если человек решил покончить жизнь самоубийством, а Церковь его будет отпевать, то мы, получается, насильно тащим жертву в Царство Небесное, даже если она этого не хочет и отреклась от самого большого дара жизни, который Господь даровал ей.

– А в принципе возможно ли отпевание самоубийц?

– Только если есть какие-то доказательства того, что человек совершил самоубийство несознательно, не по своей воле, а в помрачении ума, например, в стадии психического нездоровья. К сожалению, епископ часто не имеет возможности детально разобраться в ситуации, чтобы принять решение об отпевании какого-то конкретного человека или об отказе. Иногда люди находятся, как говорят врачи, в пограничной стадии, т. е. человек еще не состоит на учете в психдиспансере, но уже ведет ненормальную жизнь, его действия неадекватны. И такие пограничные состояния всегда тяжелы для родственников, которые знают, что человек был нездоров, но документов, подтверждающих это, предоставить в милицию, священнослужителям не могут. Провести расследование у Церкви нет возможности, и в таком случае может приниматься решение об отказе отпевания.

– Как помочь таким людям, как им молиться? Чем утешить родственников или близких, если в храме нельзя ни записку подать, ни свечку поставить? Как жить дальше с такой болью, с такой утратой?

– В Церкви еще в 2011 году был принят «Чин утешения родственников самоубийц». Учитывая то, что человек сам для себя все решил, а для родственников это очень тяжелая травма, Церковь ввела чин такого утешительного молебна, который может послужить священник для родственников в их тяжелом состоянии.
За самоубийц не молится Церковь всей полнотой церковной, но за них, конечно же, нужно возносить молитву дома, например старца Льва Оптинского, в которой есть такие слова: «Взыщи раба такого-то и аще возможно, помилуй». Также можно просить знакомых, священника, знавшего усопшего, молиться о нем дома (и только дома!), не в храме, без привлечения церковной соборной молитвы.

Беседовала Елена Головина,
материал портала «Православная жизнь»

Share 'Феномен суицида: почему Церковь не отпевает самоубийц' on Facebook Share 'Феномен суицида: почему Церковь не отпевает самоубийц' on LiveJournal Share 'Феномен суицида: почему Церковь не отпевает самоубийц' on Twitter Share 'Феномен суицида: почему Церковь не отпевает самоубийц' on vk.com Share 'Феномен суицида: почему Церковь не отпевает самоубийц' on Yandex Share 'Феномен суицида: почему Церковь не отпевает самоубийц' on Email
<< | >>