Вот еще одна грустная и поучительная история. Хорошо, конечно, что поучительная, – плохо, что грустная…

Я поехал с эффектной женщиной средних лет освящать дом. Дом оказался просторный, основательный – о двух этажах, комнат так в десять, построенный лет тридцать назад, но давно не подновляемый… Словно он и остался там – в прошлом. На стенах выцветшие фотообои советских времен; штукатурка, побелка пообносились; рамы рассохлись… По-хорошему в этот дом «вложиться» – и будет не дом, а конфетка… да только вот некому вкладываться. Женщина живет в этом доме одна, и как-то странно, неуютно было в каждой из комнат обнаруживать мелкие приметы ее одинокого существования: где-то лак для ногтей, косметичка, а где-то – пачка лекарств и тонометр.

– Помолитесь, батюшка, – просит она устало, – чтобы мне семью создать, ребенка родить… Плохо одной…

Дом построил отец. Лет тридцать назад они всей семьей перебрались из Новосибирска поближе к теплу, солнцу… в «райский», как казалось тогда, уголок. Отец – крепкий мужик, каких сейчас и не сыскать, – решительно взялся за дело. Приобрел участок соток в пятнадцать, построил сначала времянку, а потом и дом…

Я ходил по этому большому, пустому теперь дому и думал о том, сколько труда, сил, терпения, веры вложено в этот дом, но вот беда – веры «земной», плотяной, житейской… веры, очевидно лишенной упования на Бога… и здесь мне в очередной раз подумалось о Сибири. В нашем представлении сибиряк – это крепкий, здоровый духовно и нравственно человек… Но в реальности я столкнулся вот с чем: в Сибири, особенно в советское время, почти совсем не было храмов, и в суровых, трудных условиях люди привыкли полагаться только на себя, на свои силы, так что выработался определенный и даже пугающий тип безбожника. Я говорю не по догадкам: я немало встречал в своей жизни вот таких сибиряков, которые на все разговоры о Боге, о Церкви только посмеивались снисходительно и говорили, что все, что они приобрели, чего добились в жизни, они добились сами, своими силами или с помощью родственников. Это, кстати, еще одна черта сибиряков – с одной стороны, положительная, но с другой… Хорошо, когда люди живут дружно, большой семьей, но плохо, когда они полагаются только на себя и своих близких. Это, как ни страшно звучит, обреченное основание. Как в псалме Давидовом: «Не надейтесь на князи, на сыны человеческие…»

Ну, так я про отца продолжу… Видно, он крепко любил семью, даже слишком крепко. Я понимаю, какая это больная, как обнаженный нерв, тема. Спросят: «Что значит “любить семью слишком”?! Особенно в наше-то время, когда любовь к семье, такая вот самозабвенная, “святая”, именно и кажется каким-то идеалом недосягаемым. Образчиком…» А вот, как ни странно, не идеал это вовсе, а, вернее, была бы такая семья идеальной, если бы… если бы вера в Бога! Вот именно без Него и недостает всему самому лучшему в нашей жизни полноты и содержания. Все без Него обречено на провал. Даже самые благие и красивые начинания и проекты. Святые отцы говорят, что дух в человеке – это око души, ее руководитель, Божий дар – спасительный, но только в том случае, если сам человек от этого дара не отказывается. А если отказывается…

– Для отца богом была семья, – рассказывала хозяйка дома. – И вот неожиданно умерла мама… и, знаете, папа сломался. Он начал пить уже через полгода… а раньше не пил практически… И все пошло кувырком, все повалилось в тартарары. Он уже больше ничего не хотел делать, а только пил, пил… Через несколько лет умер, после третьего инсульта.

Вот такая страшная в своей обыденной простоте история. История о том, что бывает с человеком, когда умирает его кумир, каким бы возвышенным и прекрасным он ни казался. Заметьте, я не об отношениях между близкими сейчас говорю. Любовь, преданность – все это действительно высоко и прекрасно, но только если освящено, озарено высшей правдой, высшим, духовным смыслом. А высший смысл состоит в том, чтобы во всех обстоятельствах оставаться с Богом и знать, что истинное значение всех наших страданий и потерь, их смысл и цель – откроются потом… после. Только нужно запастись терпением. Но для этого надо в это «потом» верить и не отчаиваться, чтобы не потерять все.

Как хорошо говорит апостол Павел: «Вера есть осуществление ожидаемого», то есть основание будущей жизни мы закладываем уже здесь – своей верой, упованием, терпением…

Страшно жить без Бога! Страшно и невозможно, потому что никто в жизни не может избежать страданий и потерь, и без Бога эти потери приносят страшную пустоту, которую человеку заполнить попросту нечем и невозможно. Ну нет у человека таких сил и ресурсов! И тогда появляется безысходная боль и начинается медленное самоубийство, в каких бы формах оно ни заключалось. Хоть тоска, хоть водка, а чаще – и то и другое…

Я ходил по этому пустому дому со взрослой несчастной девочкой и понимал, что ей очень трудно будет выйти замуж… Не партнера найти, а мужа… потому что у нее был такой отец – настоящий отец, с которым она будет неизбежно сравнивать всех претендентов на ее руку… А где же таких найдешь?.. Схожих по душевным качествам, по характеру, по упорству… Если и остались такие мужики, так они «вхолостую» не ходят… Но что-то еще сквозило во всей этой истории неуловимое, что-то такое, от чего мне эту эффектную и добрую женщину было бесконечно жаль… И причина этой жалости щемящей заключалась в том, что… все ведь могло быть по-другому! Ведь все же могло пойти не так… Не так провально и нелепо… Если бы понял в какой-то момент, зацепился крепкий сибирский мужик за простую, но важную мысль: без Бога нельзя!.. И все оставалось бы таким же – да не таким, так же все шло бы – да и не так… Вот ведь в чем дело… В этом неуловимом присутствии… в полноте… в ином, настоящем, а не придуманном смысле, который появляется у человека, когда он живет с верой. И даже если все случается так же, все равно бывает не так… и Бог обязательно, пусть в последний момент, неуловимо, необъяснимо и тонко выводит, выпутывает нас из самых безнадежных коллизий, просвещает и спасает, так что все равно в конце концов все оказывается хорошо, как в добрых сказках, с той только разницей, что это не сказка, а быль. И никто эту быль своими только силами сотворить не может.

И даже если бы жена умерла у этого человека так же внезапно… а может и не внезапно, если бы вера была… но даже если бы и внезапно – знал бы мужик не умом только, но и сердцем, что разлука эта ненадолго и надо только перетерпеть ее достойно… И что может он о своей любимой заботиться, молясь о ее душе, продолжая делать добрые дела во славу имени Божиего и во спасение любимой души… И эта вера дала бы ему силы… Обязательно дала бы! И жил бы мужик, заботясь о детях, о внуках… не только своим трудом, но и духом, верой своей подавая пример… И дети другими были бы – это точно… И их жизнь обязательно сложилась бы иначе… не говорю легче, но полнее, осмысленнее – это точно. И дом этот, добротный дом, свидетель многих трудов и забот, был бы наполнен теплом, голосами родных людей, детским смехом и жизнью.

Мне очень хочется, чтобы у всех тех, с кем мне приходится общаться «по требам», было доброе продолжение их – большей частью печальных – историй, и я знаю, что это доброе продолжение возможно! Только нужно довериться Богу, пусть даже вопреки обстоятельствам, привычке и мнению безумного мира… И все тогда обязательно получится – все то, самое важное и большое, ради чего живет человек: радость… любовь… семейное счастье! Только нужно поверить, впустить в свою жизнь Господа и не расставаться с Ним уже никогда! Потому что только Он и есть то самое главное, без чего все остальное теряет смысл.

9 ноября 2011 года

Источник: Православие

Share 'Пустой дом' on Facebook Share 'Пустой дом' on LiveJournal Share 'Пустой дом' on Twitter Share 'Пустой дом' on vk.com Share 'Пустой дом' on Yandex Share 'Пустой дом' on Email
<< | >>